Российский
Императорский Дом

Официальный сайт
Династии Романовых

Фейсбук

15 марта 2010

Ответы Е.И.В. Государя Наследника Цесаревича и Великого Князя Георгия Михайловича на вопросы газеты «Российские Вести»

Ответы Е.И.В. Государя Наследника Цесаревича и Великого Князя Георгия Михайловича на вопросы газеты «Российские Вести»

- Ваше Высочество, скоро произойдет знаменательное событие в истории нашего Отечества: 400 лет со дня призвания Земским собором Вашего предка Михаила Романова на царский престол. С Романовыми связаны самые славные и самые горькие страницы нашей истории. Каково сегодняшнее служение Дома Романовых своему Отечеству, каковым Вам видится будущее династии?

После революции 1917 года нас на долгие годы лишили прямых связей с Родиной. Все оставшиеся в России члены императорского дома во главе с императором Николаем II были казнены. Главенство в династии в соответствии с законом перешло к моему прадеду государю Кириллу Владимировичу. Он сформулировал концепцию и правовую позицию сохранения Дома Романовых в качестве исторической институции, хранящей монархическую идею и традиции и, в тоже время, старающейся быть полезной своей стране и своему народу независимо от изменчивой политической ситуации, при любом строе и режиме. В советский период у нашего Дома была возможность взаимодействовать только с теми соотечественниками, которые сами оказались в изгнании. Как только положение в Отечестве изменилось, мой дед великий князь Владимир Кириллович сразу же начал процесс реинтеграции династии в общественную жизнь современной России. К великому сожалению, дедушка рано умер. Но его дело продолжает моя мать, великая княгиня Мария Владимировна, ставшая главой Императорского Дома после кончины деда. В настоящее время наша программа, если можно так выразиться, такова. Мы категорически избегаем какого-либо участия в политической борьбе, уважаем Конституцию и ныне действующее законодательство, стараемся по мере наших сил поддерживать существующую государственную власть и помогать ей в восстановлении традиций и патриотизма внутри страны и в поддержании положительного имиджа России на международной арене. Идею легитимной наследственной монархии мы считаем современной и прогрессивной, имеющей право на существование, и верим в то, что она когда-то в будущем может быть востребована соотечественниками. Но при этом мы ни в коем случае не хотим никому ничего навязать, ничего не просим и не требуем и стремимся только к конструктивному взаимодействию с государственными, религиозными и общественными силами современной России. Мы открыты к сотрудничеству с людьми любых взглядов и убеждений на поприще благотворительности, сохранения и возрождения духовных основ, культуры и природного богатства, развитию институтов правового государства и гражданского общества. Свою роль в качестве исторической династии мы видим в сохранении современной Россией преемственности с многовековой историей, в поддержании социального, религиозного и национального мира в нашей стране и в сбережении единого цивилизационного и культурного пространства всех народов бывшей Российской Империи. Таким образом, наши цели и задачи носят не политический, а культурный и общественный характер.

- Каковы Ваши обязанности как великого князя в Российском Императорском доме?

Во всем помогать моей матери, набираться опыта, стремиться лучше понять, в каких областях и чем мы можем быть полезны соотечественникам и стараться оправдать их доверие и надежды.

- В известном смысле, сам факт призвания монарха на престол всенародным представительным органом являлся в высшей степени демократической процедурой. В марте 1917 года, отрекаясь от престола, великий князь Михаил Александрович также высказался за созыв Учредительного собрания, которое и должно было определить будущий государственный строй России. Таким образом, начало и конец царствования Романовых ознаменовались вполне демократическими актами. Может быть, либеральные преобразования должны были отмечать не только конечные точки, но и весь период царствования Романовых?

История не знает сослагательного наклонения и никогда не развивается линейно. Невозможно изобрести раз и навсегда безошибочный рецепт. Конечно, мы должны анализировать опыт прошлого. За 300 с лишним лет царствования нашей династии было много побед и достижений. Было также много ошибок и поражений. Это были общие радости и общая боль. Дом Романовых никогда не рассматривала себя отдельно от народа. И народ видел в государе и государыне не чуждую силу, а символических отца и мать нации, поэтому и говорили «царь-батюшка», «царица-матушка». Сейчас менталитет сильно изменился, но самый современный человек и самое современное общество не могут всё строить на голом расчете, политической и экономической целесообразности, выгоде. Государственное и общественное устройство без идеалов, без стремления хотя бы пытаться выстраивать отношения между людьми на основе любви, чести и достоинства, не может быть прочным. Монархия, на наш взгляд, представляет собой органичное Государство-Семью. Она, конечно, тоже не идеальна, но в ней нет таких недостатков, которые не были бы свойственны также и республике. В мире нет ничего абсолютно совершенного. Но монархия в большей степени обеспечивает гармонию между свободой и порядком. А ведь истинная свобода невозможна без порядка, также как и истинный порядок невозможен без подлинной свободы личности. Сейчас много говорят о необходимости модернизации России. Мы целиком и полностью согласны с этим. Но есть две опасности. Первый риск заключается в уподоблении позднему СССР, когда вместо реальных попыток модернизации были одни разговоры, а на самом деле косная власть не хотела ничего менять. Это путь консервации загнивания. Второй риск – это подмена модернизации революцией. Модернизация предполагает постепенное продуманное и стратегически разработанное на долгие годы улучшение всех отраслей государственной, социальной и экономической жизни в соответствии с современными международными научными достижениями и техническими стандартами, но при условии сохранения собственных духовных и нравственных традиций. А революция это разрыв с традицией, поспешность, насилие и безжалостное отношение к народу, который революционеры воспринимают не как совокупность личностей, а как массу для экспериментов. Причем революция может быть отнюдь не только большевистской, но и либеральной, может даже выступать под знаменами консерватизма. Чтобы избежать любых крайностей, во всем нужен баланс. Консервативное общество порой нуждается во встряске, но разумной, не разрушительной для его основ. А в период масштабных реформ, наоборот, особенно важно удержать в общей государственной системе исторические институции, служащие гарантами стабильности – Церковь и другие традиционные конфессии, историческую династию, другие исторические корпорации. Степень и характер их роли в государстве могут быть разными, но они не должны игнорироваться, вытесняться из общественной жизни или преследоваться.

Возвращаясь к Вашему многогранному вопросу, хочу отметить еще один аспект. До сих пор приходится встречаться с выражением, что монархия была «тормозом общественного развития». Это очень сомнительный тезис – достаточно вспомнить модернизацию Петра I Великого или эпоху Великих Реформ Александра II Освободителя. Но даже если в чем-то и согласиться с таким определением, ответьте, разве тормоз такая уж ненужная вещь при движении? Куда уедет машина без тормозов? Иными словами, во все времена нужны элементы патернализма и модернизма, социализма и либерализма, традиции и инновации. Найти гармонию трудно. Монархия тоже не может сама по себе, без народной поддержки, быть панацеей – это показал 1917 год. Но то, что последовало за падением монархии, явно говорит не в пользу революции. Будущее России я, в любом случае, вижу на путях модернизации в сочетании с традицией. Какова будет судьба монархического принципа, покажет время.

- Не привлекает ли Вас карьера политика, члена Государственной Думы, сенатора? Нет ли у Вас желания возглавить, к примеру, монархическую партию?

Я уже сказал, что Императорский Дом бесконечно далек от участия в любых формах политической борьбы. Историческая династия должна способствовать единению, а не разобщению соотечественников, что, вольно или невольно, произойдет, если мы свяжем наше имя с какой-либо партией, пусть даже монархической. Моя мать дала очень точное определение, что монархическая идея, которую мы храним самим фактом нашего существования – это не политическая доктрина, а принцип государственного устройства и система органично сложившихся исторических национальных ценностей. Если представители разных партий, при всей разнице их программ, когда-нибудь объединятся в мыслях, что монархия, как надпартийная арбитрирующая сила будет полезна России, и народ поддержит это убеждение, в России сложатся условия для восстановления нашей тысячелетней традиционной государственности.

- Думаете ли Вы, что это может произойти при Вашей жизни, и что именно Вы когда-то станете императором России? Хотите ли Вы этого?

Некоторые критически относящиеся к нам сограждане пытаются представить дело так, что Романовы стремятся к власти. Что бы мы ни говорили и ни делали, нас всё равно кто-то будет подозревать в неискренности. Дескать, «это они сейчас так говорят, а дай им волю…». В тоже время, некоторые доброжелательные к нам люди бывают, в какой-то мере, разочарованы нашей позицией, потому что в их представлении власть – это желанный сладкий плод, который надо любым способом завоевать. Все эти люди, на самом деле, не понимают, что власть – это тяжкий крест. Я ничего не боюсь, но четко и ясно осознаю, что такое – власть. Когда человек, наделенный властью, тем более, над целой страной, честно относится к своим обязанностям, когда он хочет передать дело своим преемникам в надлежащем порядке – это огромная обуза, к которой трудно стремиться, если ты в здравом уме. Колоссальное физическое и нервное напряжение, бессонные ночи, постоянные поездки, интриги друзей и козни противников, невозможность уединиться, редкие возможности побыть с родными. А еще – недовольство или непонимание тысяч, а иногда миллионов людей, чаяния которых ты не удовлетворил или которые не успели оценить твою стратегию. Сознание того, что своими мерами, может быть и правильными в долгосрочной перспективе, ты причинил страдания соотечественникам сейчас, на данном отрезке времени. Клевета, сплетни и лесть, зависть и лицемерие в самом ближнем окружении. Это, кстати, удел и монархов, и президентов. Хотите верьте, хотите нет, но стремление к власти нам чуждо. Если оглянуться в прошлое, то мы увидим, что и мои предки были далеки от властолюбия. Вот только несколько наиболее ярких примеров. Когда посланцы Земского Собора пришли к Михаилу Феодоровичу Романову и сообщили, что он призван на престол, и он, и его мать были в ужасе. После кончины Императора Александра I его братья Константин и Николай долго пытались уговорить друг друга принять бразды правления. Когда Николай I понял, что воля покойного Императора выражена недвусмысленно, а решение старшего брата Константина об отречении от прав на престол неизменно, он сказал своей жене: «Дорогая, наши счастливые дни навсегда закончились». Не знаю, придется ли повторить эти слова моей матери, мне, или кому-то из наших потомков. Если Богу будет угодно, чтобы наш народ вновь призвал Дом Романовых к государственной службе, то лицо, которое будет в этот момент во главе династии, неукоснительно исполнит свой долг. Не потому, что Романовы желают власти, а потому, что это будет нужно соотечественникам. В настоящем мы стараемся служить своей Родине по мере сил в том положении, в котором находимся, и у нас нет ровно никаких политических амбиций.

- Вам часто приходится посещать дворцы Ваших предков – русских императоров, великих князей. Испытываете ли Вы в этот момент чувство исторической близости к ним?

Вы знаете, в большей степени я ощущаю историческую близость к своим предкам не в их дворцах, а в тех местах, где они трудились, где рисковали своей жизнью, где страдали и радовались. И даже там, где они никогда не были и не могли быть, но где всё равно в какой-то степени продолжаются их начинания. Когда в прошлом году я был в Норильске, спускался в шахту и общался с рабочими, то невольно подумал, как гордился бы такими людьми основатель горнорудной промышленности Петр I. Дух предков живет не в роскоши дворцов, а в наших делах, мыслях и чувствах.

- Не так давно вы начали карьеру в одном из крупнейших отечественных концернов. Помогает ли вам титул великого князя в решение профессиональных проблем?

В деловых вопросах я принципиально никогда не пытаюсь использовать свой исторический статус, чтобы получить какие-нибудь преимущества. Даже в тех случаях, когда это могло бы случиться, я считаю унизительным для себя, чтобы мою работу оценивали не по ее реальным результатам, а просто потому, что ее сделал великий князь. Так не было даже до революции. Члены нашего Дома проходили служебный путь на военной и государственной службе с низших должностей. И обычно отношение к ним было даже строже, чем к остальным гражданам. Положение наследника Главы Императорского Дома приносит мне пользу лишь в том смысле, что я всегда помню о большой ответственности не только перед своими коллегами, перед фирмой, но и перед моими предками и потомками, перед теми людьми, которым дороги наши ценности и которые возлагают на меня свои надежды. Хочу я этого или нет, но мои возможные ошибки могут коснуться не только моей личной репутации, но репутации Императорского Дома. Поэтому я обязан быть внимательнее ко всем своим поступкам. А это помогает всегда оставаться в хорошем тонусе.

- Из чего складывается Ваши будни и праздники, как Ваше Высочество проводит выходные дни, посещаете ли Вы дискотеки, клубы?

Сейчас несколько реже, чем раньше, но иногда посещаю. Люблю общаться с друзьями, интересуюсь путешествиями и охотой, регулярно занимаюсь в спортзале.

- К сожалению, российская сборная крайне неудачно выступила на зимней Олимпиаде. Следили ли Вы за ходом соревнований, за кого болели? Рассчитываете ли посетить Сочи во время следующей зимней Олимпиады 2014 года?

Конечно, болел за Россию. И очень грустно, что на зимней Олимпиаде у нас оказались такие слабые результаты, хотя наши спортсмены старались изо всех своих сил. Это свидетельство кризиса, даже не экономического, а духовного и, конечно, демографического. Очень тревожный сигнал. Кто-то думает, что профессиональный спорт – это только бизнес, развлечение, зрелище или что-то в этом роде. А в действительности это своего рода мирная армия, которая защищает престиж страны на международной арене. Это показатель уровня духа нации. Мой прадед государь Кирилл Владимирович очень верно заметил в своих воспоминаниях, что если бы молодежь в дореволюционной России побольше занималась физической подготовкой, то, может быть, мы избежали бы трагедии 1917 года. В здоровом теле – здоровый дух. И наоборот, здоровый дух является залогом материальных побед. С больным духом, с растерянностью и отсутствием идеалов, победить невозможно, сколько бы ни вкладывать денег и как бы ни тренироваться. Из поражения в Ванкувере следует извлечь очень серьезные уроки. Если мы в 2014 окажемся в подобном положении на родной земле, это будет уже не просто досадный промах, но ничем не оправдываемый национальный позор.

- Каким видом спорта Вы занимаетесь? Ваш любимый футбольный клуб?

Я попробовал себя в разных видах спорта, в том числе занимался восточными единоборствами и стрельбой. Сейчас, в основном, тренируюсь в тренажерных залах и плаваю в бассейне. Специальных предпочтений какого-то клуба у меня нет. Самое главное, чтобы игра была интересной и сильной с обеих сторон. Мне нравится, как играет мадридский «Реал». Но когда на поле наши русские спортсмены, всегда болею за них.

- Читателям нашей газеты, безусловно, интересно узнать Ваше отношение к современной поп-культуре. Являетесь ли Вы ее поклонником, каким музыкальным направлениям отдаете предпочтение?

Я слушаю разную музыку: от классической до современной. Из классики люблю Моцарта. Из современной музыки мне нравится рок, уже тоже ставший классическим: R.E.M., AC DC, Queen; heavy metal: Mega Deth, Metallica, Iron Maiden.

- Общаетесь ли вы с вашими сверстниками из других царствующих домов, к примеру, с сыновьями принца Чарльза?

Мы все родственники, и время от времени встречаемся на разных официальных и торжественных мероприятиях. У меня добрые отношения с европейскими принцами. Но в дружбе и общении я руководствуюсь, прежде всего, не статусом и происхождением, а близостью взглядов и интересов.

- Есть ли у Вашего Высочества собака? Какая порода Вам больше нравится?

В нашей семье всегда были собаки, иногда сразу несколько. В детстве я очень любил дедушкину лайку Мишку – замечательное огромное доброе создание. К сожалению, он уже давно умер. Сейчас у нас в Мадриде две маленькие собачки: мамина такса Нана и бабушкин мопс Панчо. В Брюсселе у меня нет условий, чтобы содержать собаку, но когда-нибудь, надеюсь, появятся.

Опубликовано с некоторыми сокращениями: Великий князь Георгий Романов: «Монархия обеспечивает гармонию между свободой и порядком…». Беседовал А.Н. Толстикович // Российские вести, 2010, 7-14 марта, № 8 (1999)

Please publish modules in offcanvas position.